Психологические защиты при депрессии

Психологические защиты (защитные механизмы) – это бессознательные психические механизмы, направленные на уменьшение болезненных переживаний.

 

Не смотря на наличие многочисленных самоуничижительных тенденций, депрессивный человек все же стремится привлечь окружающих для своего спасения. Потому в противостоянии «депрессивного Я» и болезненной совести принимают активное участие защитные механизмы. Раскрыть суть их действия помогают внешние паттерны поведения.

 

В формировании депрессивного типа реакции участвуют следующие психологические защиты:


Интроекция – это скрытый механизм, который позволяет ошибочно воспринимать события внешнего мира как происходящее изнутри личности. Он лежит в основе депрессивной динамики. Человек помещает внутрь себя плохое отношение и отвержение значимых лиц и начинает считать его оправданными и обоснованными. Для депрессивного состояния характерно слабое ощущение себя, потому он ориентируется не на собственную самооценку, а на оценку окружающих. Депрессивный человек пытается изменить негативное отношение к себе важных для него людей. Первыми в этом качестве обычно выступают родители. Его преследует неодолимое желание стать лучше. Он может избирать для себя некий образец для подражания,  и стремиться быть на него похожим, и как следствие избежать ужасного наказания за собственное несовершенство. В глубине души, он верит, что если исправится, то его полюбят. Если по отношению к нему проявляется агрессия, то он не защищается, а направляет собственный гнев на себя. Наиболее ярко это проявляется при возникновении реакции «Стокгольмского синдрома».

 

Регрессия – это защита, предполагающая возврат к ранним, детским формам переживания и поведения. Во внешних проявлениях депрессивного человека несложно заметить детскую растерянность и покладистость. Он может становиться обидчивым и плаксивым, принимать позу эмбриона и накрываться одеялом с головой. За образом маленького ребенка он стремится спрятаться от беспощадного суда собственной совести. С регрессией связано депрессивное ожидание от внешнего мира заботы и внимания. Однако вместо просьбы о помощи такой человек ждет, что другие обратят на него внимание сами и огорчается, если этого внимания не получает. В истоках этих переживаний лежат травмы раннего детства, когда родители не уделили достаточного эмоционального участия, оставив в душе ребенка острый дефицит любви.

 

Идеализация и обесценивание – это две стороны одного и того же процесса. С помощью этого механизма человек проецирует всемогущество на кого-то из своего окружения. Так он создает идеал, который заставляет его постоянно стремиться к самосовершенствованию. Он достигает самоуважения за счет сравнения себя с этим могущественным другим и подражания ему. На фоне идеализированного объекта, он чувствует себя пустым и ничтожным. При переходе в гипоманиакальную фазу его состояние меняется на противоположное – он начинает ощущать себя наделенным особыми достоинствами, а других ограниченными и недальновидными. Чередования идеализации и обесценивания очень хорошо заметны в процессе психотерапии. Терапевту попеременно навязывается роль, то всемогущего и всепрощающего спасителя, но холодного и отвергающего циника. Такой тип защиты свойственен напыщенным людям, которые всегда лучше всех все знают и лицам с химической зависимостью, которые с помощью алкоголя справляются с чувством стыда и возвышают уязвленное самолюбие.

 

Вытеснение – этот механизм приходит в действие при столкновении с острой психической травмой. Человек переключается, забывает о произошедшем и на какое-то время действительно становится легче. Но если травма была слишком тяжела, то вытесненные переживания могут привести к возникновению тревожного невроза или невротической депрессии. При этом психические компоненты, такие как воспоминания и эмоции уходят из сознания, оставляя очевидные соматические проявления – вегетативные реакции, немотивированную тревогу, упадок сил. Задачей психотерапии в таком случае становится восстановление разрушенной связи между эмоцией и побудившей ее ситуацией.

 

Проекция – это механизм, посредством, которого у внешних объектов избирательно выделяются качества, соответствующие внутренним состояниям. Так депрессивный человек проецирует свои негативные переживания на внешний мир, не замечая в нем более ничего светлого и радостного. Выделенный на основе проективных механизмов спектр восприятия способствует закреплению негативных установок. Человек может привести обширную доказательную базу того, что все происходящее действительно очень плохо. Ощущения другого, то безгрешного, то равнодушного, являются лишь отчужденными частями самовосприятия депрессивного человека.

 

Компенсация – эта защита основана на том, что депрессивный человек субъективно чувствует себя плохим и пытается возместить этот ущерб за счет каких-либо достижений. Он украшает мрачный мир фантазией, постепенно переставая замечать ее несоответствие действительности. Крушение таких воздушных замков наносит тяжелый удар по его самооценке. Компенсаторные фантазии разрывают связь между мыслью и действием (он не делает того, что задумал), что еще более отделяет его от реальности. Он может грезить о том, что любим, не замечая очевидного отвержения. Разрушение вожделенной картинки приводит к еще большему отчаянию и унынию.

 

Расщепление – этот механизм проявляет себя в том, что в каждой депрессивной личности сосуществуют две части – «судья» и «обвиняемый». Этот внутренний раскол заставляет ее делить окружающих на две оппозиционные группы – «спасателей» и «преследователей». Такой механизм часто используют люди, страдающие от расстройств настроения, химических зависимостей, пограничного и нарциссического расстройств личности, у которых вспышки гнева, направленного на близких сменяются самоуничижительными переживаниями. После враждебной реакции человек чувствует, что случилось нечто, неподвластное его сознательной воле «Не знаю, что на меня нашло» и его накрывает мучительное чувство вины. Депрессивные идеи виновности часто представляют собой попытку спастись от воображаемого преследователя.

 

Реверсия – в стремлении уйти от собственных страданий, человек может испытывать удовлетворение от оказания помощи другим. Не осознавая того, он делает для них то, что желал бы получить сам. При этом усиление такого альтруизма говорит об ухудшении внутреннего состояния. Примечательно, что тот, кому пытаются «причинить добро» часто ощущает насильственный и навязчивый характер этой заботы – ведь заботятся не о нем, а о неком спроецированном образе. Такой механизм часто используется людьми помогающих профессий.

 

Отрицание – эта защита от переживаний заключается в отказе признавать существование проблем как таковых. Ее действие можно наблюдать при столкновении с ситуацией утраты, когда мозг оказывается перерабатывать поступившую информацию и требуется некоторое время для того чтобы осознать произошедшее. Эта пауза нужна для сохранения психики от моментального и сокрушительного удара. Боль и отчаяние приходят позднее, когда угроза выживания останется позади. Таким образом, при трагических обстоятельствах этот механизм необходим. Но в повседневной жизни умеренное психологическое страдание скорее выполняет адаптивную функцию и говорит о том, что что-то идет не так и пора внести коррективы. А игнорирование боли зачастую приводит к усугублению проблемы.

 

Отрицание эмоций эффективно исключительно в экстремальной ситуации, когда необходимы хладнокровные, немедленные действия. Но когда проблема разворачивается в длительной перспективе, это становится непреодолимым препятствием для изменений к лучшему. Люди, использующие такую защиту часто говорят, что у них все хорошо, когда со стороны очевидно, что это не так. Они привыкают к боли и перестают чувствовать ее. А если нет ощутимого дискомфорта, то нет и необходимости что-то с этим делать. Они не стремятся повысить качество своей жизни и смиряются с тем, что есть. Когда психологическая защита не срабатывает, они усиливают ее алкоголем, наркотиками, лекарственными препаратами.

 

Отрицание поддерживает биполярную динамику. Мания – это отрицание депрессии. Идеи ничтожности сменяются идеями всемогущества, вместо сплошных ограничений перед человеком открываются безграничные возможности.

 

Замещение – эта защита помогает заменить неприемлемый для сознания импульс на приемлемый. Ее классический пример – это рассерженная на начальника мама, вымещающая свой гнев на ребенке. Первоначальный импульс был неприемлемым, так как грозил наступлением нежелательных последствий, и критика невинных шалостей ребенка стала безопасным способом его выражения. За таким действием часто приходит чувство вины, и мама пытается задобрить малыша чем-то вкусненьким. У ребенка формируется внутренняя установка «расстроен – поешь». Со временем эта связь становится бессознательный и ребенок, успевший стать взрослым обращается к врачу с проблемой переедания.

 

Реактивное образование – это механизм превращения нежелательной эмоции в ее полную противоположность – враждебность в любовь, страх в безрассудство и т.д. Например, старшая дочь расстроена, что с появлением маленького брата, все внимание родителей переключилось на него. Она пытается как-то навредить конкуренту, но встречает резкое неодобрение мамы и папы. Но когда она начинает заботиться о малыше и родительская любовь возвращается. Она привыкает любить его, но вытесненная враждебность проявляет себя в чрезмерно резких движениях, громком голосе и т.д. Эта защита полезна, при необходимости как-то приспособиться к стрессовым условиям, которых нельзя избежать. Проблема возникает лишь тогда, когда человек утрачивает связь между эмоцией и ситуацией, в которой она возникла (вытеснение). Этот механизм лежит в основе фобических и навязчивых расстройств.

 

ЗАПИСАТЬСЯ НА ПСИХОЛОГИЧЕСКУЮ КОНСУЛЬТАЦИЮ ИЛИ УТОЧНИТЬ ИНФОРМАЦИЮ ПО ИНТЕРЕСУЮЩИМ ВАС ВОПРОСАМ ВЫ МОЖЕТЕ ПО ТЕЛЕФОНУ 8-905-798-73-13 ИЛИ ОТПРАВИВ ПИСЬМО НА ЭЛЕКТРОННУЮ ПОЧТУ  Irinan-81@mail.ru

С искренним уважением и заботой,

Психолог, Ирина Никнютьева